Царь всея Руси Петр I

Царь всея Руси Петр I

   После внутренней распри между молодым Петром и его сестрой — правительницей Софьей и ее приверженцами-стрельцами самодержавным царем Руси становится Петр I.
В эти последние годы XVII века Русь выходит на простор океанов, на мировые рынки.
В Архангельске, единственном морском порту Московского госу­дарства, с новых верфей сходят на воду новые корабли, но Белое море большую часть года покрыто льдом, и внимание Петра обращено на юг.
   Азов — ключ к Черному морю — в турецких руках. Начинается азовская война.
В Москве с полной нагрузкой работает Пушечный двор, отливая сотни орудий. Под Москвой, в селе Преображенском, спешно соору­жаются военные корабли. Со всех концов России собраны сюда луч­шие мастера. Здесь трудятся нижегородцы под началом Якова Ивано­ва и вологжане под руководством Осипа Щеки. Днем и ночью рабо­тают лесопилки       Преображенского, превращенного в морскую верфь. Одновременно в Воронеже, Козлове, Добром, Сокольске рубят кораб­ли, струги, плоты.
   Ранней весной 1696 года двадцать семь новых судов доставляются посуху в разобранном виде из Москвы в Воронеж. Россия получает свой первый военный флот. Он создан за один год, и на медали, выби­той в память первой постройки кораблей, стоят славные и гордые, но справедливые слова: «Бывает небываемое».
   В конце мая 1696 года русский военный флот выходит в Азовское море и штурмует Азов.
Крепость взята при помощи артиллерии, изготовленной в Москве, и флота, за одну зиму построенного в Воронеже и в подмосковном селе Преображенском.
   Взят Азов, но у Москвы нет людей, хорошо знающих мореходство, и за границу отправлено из Москвы несколько десятков дворян и бояр­ских сыновей. Им строго-настрого приказано: «знать чертежи или кар­ты морские, компас и прочие признаки морские», владеть судном «как в бою, так и в простом шествии», искать случая быть на море во вре­мя сражения, а при возвращении в Москву привезти с собой по два искусных мастера, «которые бы сами в матросах бывали и службою дошли до чина, а не по иным причинам».
   Плач стоит в боярских хоромах. С уезжающими прощаются, буд­то провожают в могилу.
В 1697 году за границу уезжает сам Петр.
   Боярские дети пишут, что государь всея Руси жадно осматривает фабрики, заводы, лесопильни, госпитали, обсерватории и даже не брезгует посещать анатомический музей. Недоросли жалуются: их обучают математике, «наукам филозофским и дохтурским», но особенно «море- ходским», и просят родителей вымолить им возвращение в Москву и определить хотя бы последним рядовым солдатом, а если на роду им написано оставаться за границей, то повелеть обучаться «науке сухопут­ной», но только не мореходству.
   Молодой царь приглашает на работу иноземных мастеров. Иногда он не очень разборчив в выборе и излишне широко открывает двери для иностранцев. Этим пользуются авантюристы, проникающие при Петре в Россию.
   Время от времени через Архангельск и Новгород в Москву прибы­вают иноземные командиры, штурманы, боцманы, лекари, матросы, коки, корабельные и огнестрельные мастера. Царскими указами их размещают по дворянским и купеческим дворам.
Петр все еще за границей, а в келье Новодевичьего монастыря царевна Софья по-прежнему страстно мечтает о московском престоле. Воспользовавшись отсутствием Петра, она посылает тайное письмо своим любимцам стрельцам, стоящим на литовской границе. Письмо зовет стрельцов брать Москву с бою и кричать на престол царевну. Софью. За это стрельцам обещана богатая награда.
   Четыре стрелецких полка, снявшись с литовской границы, идут походным маршем и останавливаются под Москвой, у монастыря Новый Иерусалим.
   Здесь, на берегу Истры, их встречает петровское войско и громят царские пушки. По приказу боярина Шеина пятьдесят шесть стрельцов повешены по обочинам дороги, остальных рассылают по тюрьмам и монастырским подвалам. Узнав о стрелецком мятеже, Петр в- 1698 году спешно возвращается в Москву и останавливается в Прео­браженском. Закованных стрельцов привозят к царю. Начинается розыск.
   Почти месяц длятся стрелецкие казни. В Москве казнено около тысячи человек. Сто девяносто пять стрельцов повешены у Новоде­вичьего монастыря, перед окнами царевны Софьи. Трое из них держат в руках челобитные.
   Московское стрелецкое войско распущено. Стрельцам и стрельчихам строго-настрого запрещено жить в Москве. Их дворы, лавки и дома отданы с торгов сторонним людям в оброк.
Царь видит — старая Москва не сдается без боя. Петр люто нена­видит все связанное с боярами — даже их внешность, даже их холе­ные боярские бороды и длиннополые кафтаны. И один за другим сле­дуют строгие царские указы, в которых полезное и своевременное под­час перемешано с опрометчивым и ненужным. У ворот Китай-города и Белого города висят царские грамоты:
   «Боярам, царедворцам, служилым людям, приказным и торговым ходить отныне и безотменно в венгерском платье; весной же, когда станет от мороза легче, носить саксонские кафтаны».
   Тут же на крюках развешаны образцы новой одежды, и особые сторожа строго следят за выполнением царского указа.
   «Всякий, кто ослушается этого приказания, — пишет один из путешественников, в то время живший в Москве, — пройдет через город­ские ворота в длинном кафтане, обязан заплатить две гривны или стать на колени у городских ворот, чтобы кафтан его обрезали в уро­вень с землей и окоротили на всю ту длину, которая окажется лишней против его роста, когда он стоит таким образом на коленях. Подобным образом окорочено было несколько сотен кафтанов».
   Купцам за продажу платья старого покроя указ грозит кнутом, разорением, каторгой.
Петр вводит особую «бородовую пошлину»: за право носить боро­ду люди гостиной сотни уплачивают сто рублей, бояре и служилые люди — шестьдесят, посадские, ямщики, извозчики — тридцать.
   Уплатившим «бородовую пошлину» выдают особые знаки с надписями: «С бороды пошлина взята», «Борода—лишняя тягота».
   Новое петровское законодательство не признает древней родови­тости. Теперь главную роль в государстве начинают играть мелкие помещики и военные, получившие в петровских законах новое имя — «шляхетство».
   Чтобы укрепить силу и власть дворян, Петр отдает им поместья в полное наследственное владение.
   Реформы Петра следуют одна за другой. Отменены патриаршество, Боярская дума и кремлевские приказы. Духовенство передается в ведение вновь созданного синода. Боярскую думу заменяет сенат. Вместо многочисленных прежних приказов организуются двенадцать коллегий. В сенате и коллегиях всеми делами управляют дворяне.
   Новые законы и указы говорят о том, что главная обязанность дворян — служба.
Служить же могут только грамотные, образованные люди. И в Москве открываются новые школы.